Лала Миминаки
Beat The Devil's Tattoo
Безразличие
ficbook.net/readfic/676756

Автор: Kyui (ficbook.net/authors/Kyui)
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Глеб/Танечка, и просто Глеб
Рейтинг: PG-13
Жанры: Гет, Драма, Психология, Повседневность

Размер: Мини, 13 страниц
Кол-во частей: 3
Статус: закончен

Описание:
Двое обедают в кафе. Она говорит, а он молчит. Он сволочь? А может быть и нет.

Примечания автора:
Мой первый фанфик, где главный герой не гей XD
Часть

- Какая отвратительная погода! – Танечка надула свои напомаженные губки и с яростью начала вгрызаться в пирожное. За окном лил дождь, уже в который день лил. Грязные лужи залили все дороги, ходить можно было только по отдельным островкам, которые благодаря недобросовестным своим создателям асфальтоукладчикам, отличались высотой.

- Ох, как думаешь я толстая? Мне кажется, я пополнела. Смотри, жир свисает! – девушка наиграно всхлипнула и, приподнявшись над столом, сжала руками живот, демонстрируя сидящему напротив брюнету единственные на всем ее теле сальные отложения. Посетители кафе, ставшие свидетелями забавной женской истерики, хихикали в кулак.

- А вообще, ты заметил мою новую блузку? Я купила ее в том магазинчике на углу моего дома, помнишь, мы еще туда с тобой заходили? Там были просто безумные скидки! Я не могла пропустить такую распродажу. Эту блузку, правда, мне не с чем было одеть и пришлось купить еще черные легинцы. Ох, сколько я с ними навозилась! Сначала, когда мерила, они порвались. С меня пытались содрать деньги за порчу, но я так раскричалась, начала доказывать свою непричастность к этой дурацкой дырке. Потом они еще извинялись, предложили скидку в полторы сотни. Правда, денег у меня все-равно только на блузку хватило, но я с мамы стрясла потом. Соврала ей, что мне нужно две тысячи на школьную поездку, которая будет в это воскресенье. Ну, ты же понимаешь, что мне нужно где-то перекантоваться? Ты не пригласишь меня в гости?

Официант принес пиццу. Танечка облизнулась, смотря на нее и радостно запрыгала на стуле.

- Ты тоже кушай, она безумно вкусная! – тряхнув кудрями так, что казалось, все ее рыжие волосы, некогда растущие на голове, решили спикировать на стол, девушка подтолкнула кусочек пиццы к своему спутнику. Тот не обратил на сие действие никакого внимания, все так же продолжая смотреть в окно.

- Что ты там выглядываешь? – пробубнила набитым ртом Танечка, пытаясь найти что-то, что так привлекло внимание Глеба. После нескольких секунд она снова села прямо, так и не обнаружив какой-либо любопытной вещи. Минут пять она молча жевала. Чем больше времени проходило, тем мрачнее она становилась.

- Знаешь, мне кажется, что ты меня не любишь.

Молчание со стороны парня начало раздражать и без того не особенно спокойную девушку.

- Эй, Глеб, ты меня вообще слушаешь? Я сама с собой разговариваю? – визгливо спросила она, грозно тыча в брюнета вилкой. Парень посмотрел на Танечку скучающим взглядом, встал, закинул сумку на плечо и небрежно махнув ей рукой вышел из кафе. Дождь все так же лил.

- Стой, эй, ты! – двери кафе открылись и прямо за спиной Глеба показалась разгневанная девушка. Она громко дышала, ноздри ее раздувались. Парень зевнул. Танечка с диким визгом кинулась на него, схватила за рукав толстовки и начала бить своей сумочкой по спине.

- Предатель! Ты меня не любишь! Тебе вообще на меня плевать! Я думала, что нужна тебе, думала, что нравлюсь! – она устала махать сумкой и теперь просто толкала его в спину.

- А, точно! Ты за этой лохудрой гоняешься! Я же вижу, как вы с ней вечно глазками стреляете. Как же сразу не догадалась… - парень медленно повернулся к Танечке лицом. Она как-то сразу затихла и сжалась. Он долго смотрел на нее. Смотрел на вымокшие под косыми струями дождя волосы цвета ржавчины, болотные глаза с залегшими под ними гробовыми ямами-синяками, которые девушка безуспешно пыталась замаскировать «штукатуркой». Смотрел и не мог понять, зачем начал с ней встречаться?

- Пока.

Сказал он негромко, оторвал от себя цепкие девичьи пальчики, которые так и не отпустили толстовку и пошел к ближайшей станции метро.

Людей в вагоне было немного. Глеб сел на свободное место рядом с одетой в гепардовое женщиной, которая переписывалась с кем-то, уткнувшись в экран своего мобильного и ожидая ответа на сообщение. Время от времени она хихикала, а ее губы некрасиво поднимались, оголяя десны. От этого она была похожа на гиену, все в ней было гиенское: и короткие волосы, прилизанные гелем к голове, и длинный нос, и широко посаженные выпученные глаза, и пальцы с длинными желтыми ногтями, которыми она неловко держала стилус, набирая текст. Про таких людей часто говорят «нестандартный», но как определить действительно ли человек нестандартный или просто пытается стать таковым?

Двери открылись, в вагон зашли еще несколько человек. Они шумно переговаривались, пьяно ржали и пытались держаться за поручни. Какой-то парень заметил Глеба.

- О, какая встреча! Это же тот папенькин сынок, которого мы так знатно отмутузили в прошлом году! Никогда его холеную морду не забуду.

Снова пьяный смех.

Одна девушка решила сесть и, проигнорировав имеющиеся свободные места, подошла к Глебу и встала рядом.

- Эй, цыпленок, вставай. Уступи место даме! – заплетающимся языком говорила она, поставив ногу на парня, вдавливая острый каблук в коленную чашечку. Брюнет посмотрел на нее из-под челки несколько мгновений, послушно поднялся и отошел так, чтобы девушка могла сесть. Ее приятели одобрительно засвистели.

- Несчастная, - тихо, чтобы никто, кроме девушки не услышал, произнес Глеб. Та удивленно на него взглянула и хотела было что-то спросить, как ее отвлекли приятели.

- Молодец, Плетка! Так его, этого придурка! – теперь они уже начали смеяться, тыча в Глеба пальцами. Один парень, одетый в красные приметные брюки и черную кофту с кожаными дизайнерскими заплатками подошел к брюнету и, нагнувшись так, чтобы видеть лицо, произнес.

- О, богатенький, выходит. Не дашь мне телефон позвонить, а то у меня батарейка села?

Компания опять заржала. Пассажиры делали вид, что не замечают происходящего. Краем глаза Глеб заметил, что гиена, с которой он сидел, поспешно спрятала телефон в сумку и, устремив взгляд в темноту тоннеля ждала станции, чтобы покинуть опасный вагон. Лицо ее побледнело, а руки нервно держали ручки толстой сумки.

- Ты че это меня игноришь? – толкнув парня плечом заговорил вымогатель. Глеб повернулся к нему лицом. Осмотрел так же пристально, как и Плетку до этого, потом вытащил из кармана мобильный, протягивая его несколько ошарашенному, явно не ожидавшего такой покорности парню. Тот выхватил из рук брюнета телефон, повертел его в руках.

- Дешевка! - возмутился он, с силой кидая телефон на пол вагона. Глеб, не обратив внимания на слова перепившего парня, подошел к выброшенному им телефону и, подняв его, положил обратно в карман. - Не стоило даже обращать на тебя внимания, лошара.

Затем модник в красных штанах отправился к своим друзьям, сопровождаемый веселым улюлюканьем и фразами, похожими на «Так его, выпендрежника». Компания вышла через пару остановок, облив Глеба, напоследок, пивом, которое они везли в большой спортивной сумке. Как только они вышли оставшиеся в вагоне пассажиры загалдели, за возмущались, оскорбляли «отбросов общества», посмевших так унизить бедного студента. Сам же Глеб не предпринимал ни каких попыток хотя бы обтереться. Ему было все-равно.
Часть

- Эй, урод! И давно ты дома? – Глеб поднял на брата глаза и почти сразу вернулся к чтению книги. Толя фыркнул и, сделав пару быстрых широких шагов от двери, заглянул младшему через плечо.

- Опять Гете? Не надоело? – ответа Толя не получил. Брат его игнорировал.

- Ну и ладно. Ни хочешь – ни говори. Родители просили сказать, что завтра мы едем на прием к этим чудикам, которые похожи на семейку Аддамс. Никак не могу запомнить фамилию. В общем забудь все, что ты планировал на завтрашний день.

Глеб продолжал читать. Толя еще немного повалялся на кровати брата, а потом вышел из комнаты, так же быстро, как и вошел в нее.

Глеб остался в одиночестве. Глаза начало резать. Буквы в книге плавали и решив, что дальше так читать бесполезно, брюнет закрыл «Фауст» и положил томик на полку. Делать было нечего. Взяв в руки пульт от телевизора, впервые за несколько месяцев, он нажал на кнопку включения. На экране тут же появился какой-то до невозможности смазливый певец, который странно прыгал по сцене в дырявых джинсах, неправдоподобно открывая рот под фонограмму. Усмехнувшись зомбоящику, брюнет переключил канал. На первом, как и всегда, крутили новости. Кто-то умер, доллар упал…

- Идиотизм, - с толикой злости произнес Глеб, не выдерживая напора вездесущих СМИ. Телевизор был снова выключен. Не зная, чем себя занять брюнет просто отправился спать.

Утром в доме поднялась суматоха. Родители и брат бегали, как умалишенные, пытаясь подобрать соответствующую их статусу одежду, а заодно одеть младшего сына, которому, как и всегда, было плевать на репутацию семьи.

- Что ты стоишь, как каменное изваяние? – вспылила, наконец, мама, - Я тебе, может быть, и штаны должна сама надевать?

Глеб чуть приподнял брови и отвел от матери глаза.

- Вот паразит. Тебе уже двадцать лет почти, а ты до сих пор ведешь себя, как… - тут мама замолчала, пытаясь подобрать нужное слово, - Как децидофоб*!

Глеб тяжело вздохнул, взял лежащие на стуле брюки и за несколько секунд одел их. Мама тем временем выбирала ему галстук.

- Серый или бордовый, серый или бордовый? – повторяла она, вертя в руках два куска ткани, один из которых должен будет вскоре висеть на шее Глеба, символизируя его рабство. Галстук для него – что-то вроде поводка. Чувствуешь себя собакой и тявкаешь исключительно по родительскому указанию.

В конце концов мама выбрала бордовый галстук и, повязав его сыну на шею, отправилась искать мужа. Издалека Глеб слышал, как мама спрашивает, готова ли машина, а затем идет за Толей, чтобы убедиться в том, что его вид соответствует всем приличиям. Сам же он отправился на улицу и самый первый сел в лимузин. Достав из кармана пиджака свой старый и, благодаря вечернему происшествию, разбитый телефон он посмотрел на время. Часы на левой руке он проигнорировал.

Вскоре в поле его зрения появилась семья. Родители о чем-то спорили, а брат шел сзади, скалясь в улыбке.

- Едем, едем скорее! Мы опаздываем! – надрывалась мама, пытаясь отдышаться и дать указания водителю одновременно. Тот лишь кивнул и машина тронулась.

Прием был организован партнерами отца, с которыми у него намечалась сделка на довольно крупную сумму. Глеб не особенно старался вникнуть в причину того, зачем на этом приеме нужен он, хотя иногда замечал за собой порыв задать подобный вопрос маме.

«А зачем мне оно? Все равно уже едем» - думал он, краем сознания замечая, что машина завернула в спальный район.

- Ты опять ходишь с этим ободранным телефоном? – раздраженно заметил отец, указывая взглядом на мобильный в руке Глеба, - Я же купил тебе новую модель, почему ты до сих пор носишься с таким хламом?

Глеб молчал. Отец продолжал что-то говорить. Затем, обнаружив, что сын его не слушает, тряхнул его, взявшись за плечо.

- Ты мне ответишь или нет?

- Этот телефон умеет молчать.

Отец засмеялся, мама фыркнула, брат улыбнулся. Было видно, что веселье наиграно. Дальше ехали в тишине.

***

- Добрый вечер. Приятно видеть, что вся Ваша семья посетила меня сегодня.

- Рада встрече с Вами.

- Да, мы тоже очень рады побывать в Вашем обществе.

- Мы не так часто появляемся в свете всей семьей. Познакомьтесь, пожалуйста. Это наши сыновья.

- Анатолий, спасибо за приглашение.

- Какой милый молодой человек! А Вы, как Ваше имя?

Жена хозяина приема улыбнулась Глебу. Тот несколько секунд молчал, а затем все же представился.

- Очень рада. - Она криво улыбнулась.

- Мне так же приятно Вас видеть, как и моей супруге. - От этого Глеб внутренне засмеялся.

- Прошу, проходите в зал, не стесняйтесь. Сегодня у нас гостят замечательные люди.

- Благодарю.

На этом обмен любезностями закончился и семья Глеба прошла в зал. Людей было не особенно много, но они раздражали гораздо больше, чем если бы в помещении находились все пользователи метрополитена во время обеденного перерыва. Каждый здесь ждал выгоды. Каждый старался разыскать полезных для себя людей и сблизиться с ними. Отец и мать сразу же отправились приветствовать своих знакомых, а Глеб с Толей пошли в сторону довольно большой группы молодежи.

Чем ближе они подходили, тем более шумно становилось. Кое-кто поглядывал на приближающегося Глеба и удивленно перешептывался с соседями. Среди толпы парень смог различить Аллу. Девушка тоже его увидела, но только прикрыла глаза, отворачиваясь.

"Она все такая же. Ничуть не изменилась" - думал Глеб, сворачивая правее от скопления не самых лучших его знакомых.

Молодые люди оккупировали столик со сладостями и пуншем, а их вниманием завладел какой-то острый на язык парень, в котором Глеб признал Виктора. Не особенно вслушиваясь в его рассказ Глеб направился к стоящим рядом со столиком диванам и занял один из пустующих. Толя же, наоборот, остался в интересной ему толпе.

Через пару минут послышалась музыка. Это играл заказанный хозяином приема оркестр. Глеб закрыл глаза. Классическая музыка ему нравилась.

Неожиданно рядом с ним кто-то сел. Открыв глаза Глеб обнаружил Александра. Он был сокурсником брюнета, а так же братом Танечки.

- Так ты ее бросил? – Глеб кивнул. Александр некоторое время молчал. Он был много чем похож на свою сестру, но в то же время отличался от нее. Рыжие волосы у него были именно рыжими, а не ржавыми, зеленые глаза именно зелеными, а не болотными. Парень был щуплым, но худоба его была какой-то дикой, опасной, когда как сестра его вызывала лишь жалость.

- Скучно тебе? – утвердительный кивок головы и снова молчание.

- Как думаешь, о чем говорит душа местной молодежной компании?

- О своих любовных похождениях? – предположил брюнет. В глазах его мелькнуло любопытство и если бы Александр не знал бывшего парня своей сестры достаточно хорошо, то никогда бы не заметил.

- Это самая занимательная тема. Грустно, правда?

- Да.

- Принести тебе пунш?

- Было бы неплохо.

Александр встал с дивана и направился к столу, который окружили их сверстники. Вернулся он довольно нескоро, неся в руках два стакана с фруктовым алкоголем. Брюнет принял из рук рыжего свой стакан и посмотрел на него с прищуром. Тот улыбнулся.

- Ты совсем разучился говорить за то время, пока мы с тобой не виделись. Скажи спасибо, что я, в отличие от остальных, понимаю тебя даже без слов.

Глеб слегка улыбнулся. Это нельзя было назвать улыбкой, потому что лицо его оставалось таким же бесстрастным, как и всегда, но Александр был достаточно чутким человеком, чтобы уловить мимолетное изменение в выражении глаз Глеба.

- Виктор, который и является сегодня душей компании, рассказывал одну занятную историю. У него есть знакомые из какой-то крутой уличной банды. Так вот вчера ему позвонил главарь этой самой банды. Звонок был поздний и, поначалу, Виктор не хотел отвечать, но после того, как телефон начал разрываться седьмой подряд трелью он все-таки взял трубку. Этот самый главарь был злым и явно нетрезвым. Он говорил что-то неразборчиво о том, что девушка из его банды украла ворованную драгоценность, смешно звучит, согласись?, которая стоит больших денег. Девушку эту Виктор знает и пообещал помочь главарю банды найти ее. Как только он положил трубку ему снова позвонили. Это была, как раз, та самая воровка. Она просила у него укрытия. Виктор ей пообещал защиту. Он сказал всем, что девушка должна скорой прийти к черному входу. Там он ее схватит и сдаст банде.

- Но ее же убьют, верно?

- Думаю, что не убьют. Она, насколько мне стало известно, довольно полезна для их бандитских дел.

- И все же… - Глеб не договорил. Он посмотрел задумчиво на свой полупустой стакан пунша и залпом допил.

__________________________________________________
*Децидофоб – человек, боящийся принимать решения.
Часть

- Ух ты! Да это же сам Глеб Бахтин, собственной персоной! Чем обязаны твоему обществу? – Алла засмеялась. Многие последовали ее примеру, остальные с недоумением смотрели разворачивающуюся картину. Глеба мало кто знал.

- Не думаю, что он с тобой заговорит. Гордый, да? – Виктор тоже улыбнулся.

- Может не нужно, Виктор? В конце концов, что тебе стоит проигнорировать его сегодня? – Александр примирительно поднял ладони, натянуто улыбаясь. Глеб тяжело вздохнул.

- Что нужно?

- О, какая честь! – засмеялся Виктор, - Неужели ты, о великий философ, снизошел до нас смертных?

Теперь уже смеялось больше людей.

«Грязь» - промелькнуло в голове у окруженного толпой брюнета.

- Прекрати, Виктор! Твой отец не одобрит такого отношения к гостям! – довольно спокойно произнес Александр. Глеб видел, что внутри у того с минуты на минуту должна взорваться бомба.

- Помолчи. Это вообще тебя не касается.

- Как и тебя, Алла.

Девушка прикусила язык. Глаза ее забегали, она силилась придумать достойный ответ, но всеобщим вниманием снова завладели Глеб и Виктор.

- Так что тебе нужно?

- Мне? Да ничего особенного. Я хочу, чтобы ты был таким же посмешищем для всех, каким стал тогда я.

- Ты жестокий.

- Нет, просто у меня хорошая память.

- Это не то, чем можно хвастаться.

- Возможно. Ты все еще придерживаешься мнения, что я дурак?

- Почти все дураки. Это нормально. Не стоит обижаться.

Толпа загудела.

- Да как ты смеешь! Слышали бы тебя мои родители!

«Ох, кажется опять начал свои выкрутасы» - подумал Толя, медленно пережевывая шоколадную конфету.

- Нет, что это за невероятное хамство?

- Позор, позор!

- Снова хочешь повторения той истории? Давно никто тебя не ненавидел? – Глеб улыбнулся.

- Я не мазохист. А вот у тебя явно есть садистские наклонности.

- Это упрек?

- Да. И ты сам знаешь в чем.

Виктор прикусил губу и сжал кулаки.

- Как догадался?

- Ты не особенно держишь в тайне свои знакомства. Даже сегодня раскололся. Как поживает та милая банда? – Глеб погладил небольшой шрам на виске, пристально смотря на Виктора.

- А ты умеешь слушать.

- Не только у мня есть уши, а болтливый язык всегда найдется.

- И ты ему на это ничего не скажешь, Александр? – рыжий стоял насупившись, скрывая свою внутреннюю ярость, - Ты ведь и есть тот самый «болтливый язык».

Рыжий с вызовом посмотрел в темные глаза Виктора.

- Пусть он и говорит не лестные вещи, но он имеет право так говорить.

- Забавно слышать это от тебя. Напомнить, что именно говорил ты сам не так давно?

- Не нуждаюсь в напоминаниях.

- А я все же скажу. «Не стоит прощать людям то, что они делают зная о последствиях. Я покажу вам его слабую сторону».

Александра трясло от злости. Глеб положил руку Александру на плечо.

- Пусть это и были его слова, но они были искренни. Он был единственным из вас, кто говорил то, что хотел сказать.

- Ты считаешь, что я лжец?

Наступило молчание. Секунды текли мучительно медленно. Казалось, что мир замер. Звуки затихли. Оба, Глеб и Виктор, смотрели друг на друга, стараясь выиграть мало кому понятную дуэль взглядов. Брюнет глубоко вдохнул.

- Да.

Молодежь настороженно перешептывалась.

- Сыграем в шахматы?

- С удовольствием, Виктор. С большим удовольствием.

***

- Шах и мат.

Все удивленно захлопали глазами. Алла прикусила губу и впилась аккуратными красными ногтями в обивку дивана.

- Он обыграл Виктора? Да быть такого не может!

- Глеб, молодец! Не могу поверить, что ты это сделал!

- Да, ты такой необыкновенный! Я сразу поняла, что ты лучше Виктора по всем параметрам!

- Слушай, где ты так играть научился? Расскажи!

Они говорили и спрашивали, говорили и спрашивали. Много бессмысленных слов сыпалось на голову Глеба. Он не любил это, даже ненавидел. Поэтому встав из-за шахматного стола парень просто кивнул Виктору и вышел за дверь. Кто-то его окликнул, но брюнет не обернулся.

Быстро преодолев лестничный пролет Глеб направился к двери в небольшой сад за домом. Выйдя из помещения он попал под, видимо, недавно начавшийся дождь. Пара широких шагов - и вот он уже стоит на узкой асфальтовой дорожке. Свежий ветер забрался под рубашку, сердце успокоилось. Голова прояснилась после утомительной деятельности.

- Почему ты ушел? – Александр чуть склонил голову вправо и внимательно смотрел на вымокшего Глеба. Сам брюнет не заметил, как тот подошел. Дождь, начавшийся после обеда все еще не прекратился. Резко похолодало.

- Мне нравится дождь. Так гораздо легче думать.

- Думать о чем?

Брюнет засунул руки в карманы брюк и чуть сгорбился. Взгляд его был устремлен в никуда, а сам он непривычно растянул губы в усмешке.

- О многом. Разве мало вещей, о которых можно размышлять? Ты и сам прекрасно знаешь ответ.

- Пожалуй. Что собираешься делать?

- Много вопросов ты сегодня задаешь.

- Ну, раз ты в настроении отвечать…

- И правда. Такое со мной случается крайне редко.

Минуты бежали. Оба парня не замечали, как проходит время. Александр перепрыгнул особенно большую лужу и дошел по асфальту до Глеба. Тот стоял все так же неподвижно.

- Я хочу уехать.

- Куда? – брюнет снова усмехнулся.

- Ты слишком много общался с этими. Не полезно.

- Что поделать. Других людей рядом почти нет. Я должен вести светские беседы, чтобы на меня не поставили твое клеймо.

- Социофоба?

- И это тоже.

Подставив лицо под жгучий дождь Глеб начал считать до десяти. Затем вновь опустил голову.

- Шах и мат, да?

- Скажи, Глеб, как ты собрался жить? Не думаю, что Виктора успокоит очередной проигрыш.

- Не успокоит. А я уеду.

- Не смеши меня. У тебя нет образования, как ты будешь жить?

- А так ли нужно иметь диплом?

Рыжий удивленно уставился на Глеба.

- Естественно! Не дури, сейчас везде нужны бумажки!

- Почему я не могу дурить? Откуда ты знаешь, дурость ли то, что я сейчас говорю?

- Но ведь тебе любой скажет…

- Любой дурак? – Александр замолчал.

- Ты очень трудный человек. Тебе это кто-нибудь уже говорил?

- Нет, не так прямо.

Струи воды полились с новой силой. Теперь даже на том небольшом расстоянии, на котором находились парни стало трудно смотреть друг на друга. Дождь не позволял слышать и видеть так хорошо, как хотелось бы.

- Может хватит мокнуть? – с тайной надеждой спросил Александр. Глеб качнул головой.

- Там грязно. И тут под стать. Но дождь хотя бы все смоет.

- Именно поэтому ты тут стоишь? Думаешь, что все твои проблемы смоет?

- Не знаю. Может быть.

Глеб раскинул руки в стороны, выгнулся назад и широко открыв глаза смотрел в темное небо. Александр долго и пристально смотрел на брюнета. В его голове мелькали образы прошлого. Прошлого, которое нельзя изменить.
Он вспоминал, как впервые встретил Виктора, как позже познакомился с Глебом. Вспоминал свои слова в тот вечер, когда они планировали отомстить за чувства брошенной мало кому знакомым брюнетом Аллы. Она привыкла сама бросать людей и играть с ними, но в тот раз была унижена ее гордость. Вспоминал, как план при людного унижения подействовал с точностью до наоборот. Глеб выставил Виктора дураком, открыл всем неискренность Аллы. Правда это мало кто понял, все же говорил Глеб намеками, а кто понял – постарался забыть.

Сам же он забыть не смог. Не смог, но привык к мысли, что все так, как есть. Александр наклонился к ботинкам и стянул их. Затем, сойдя с асфальтовой дорожки он вступил прямо в мокрую землю.

- Прости, Глеб, но я уже замарался. Не думаю, что дождь смоет то, что всегда есть под ногами. А ты, пожалуйста, когда вернешься домой, выброси свою обувь.

***

У черного входа стояла девушка в короткой юбке, драных колготках, высоких красных сапогах на каблуке-шпильке и серой ветровке, капюшон которой закрывал часть лица. Было видно, что она замерзла. Переминаясь с ноги на ногу она с ожиданием смотрела на высокий забор. Когда калитка открылась она бросилась к проему, ожидая увидеть Виктора, но вместо него стоял какой-то смутно знакомый парень.

- Цыпленок? – догадалась она и отступила на шаг, - Не подходи, слышишь! Не подходи или я тебя убью!

Девушка достала из-под ветровки небольшой складной нож и, открыв его, направила в сторону брюнета. Руки ее дрожали.

- Да нужна ты мне, - усмехнулся Глеб, выходя из огороженной территории и прикрывая калитку, - Мне, если подумать, вообще никто не нужен.

- Меня тут ждут. Я должна пройти! – дрожащим голосом произнесла она. Он посмотрел на нее сочувственно.

- От чего ты бежишь?

- От наказания, - хрипло и тихо ответила она.

- Брось здесь то, за что тебя хотят наказать. И беги.

- Я не трусиха, - оскалилась девушка.

- Ты глупая. А я сделал все, что мог. Камеры здесь отключены.

Он уходил с тяжелым сердцем. Было жаль Александра, Виктора, родителей и брата, было жаль эту девушку. Плетка, кажется? Как давно он не испытывал таких ярких эмоций. Как не хотелось вновь застывать, превращаться в айсберг.

«Как было бы замечательно перестать думать, как было бы прекрасно перестать жить».
Не забудьте оставить свой отзыв: ficbook.net/readfic/676756

@темы: Моё творчество